Религиозные культы

Италия

Источник: U.S. Department of State

I. Религиозная демография

Площадь страны составляет 116347 квадратных миль, население 60,4 млн. человек. По оценкам, 87 процентов уроженцев страны были адептами Римско-католической церкви в 2009 году, однако, по мнению независимого научно-исследовательского института, в 2010 году лишь 24 процента регулярно участвовали в католических богослужениях. Менее 5 процентов населения относят себя к некатолическим христианским группам, мусульманам, иудеям, индуистам, бахаи и буддистам. Значительная часть  христианских общин включает в себя православных, свидетелей Иеговы, Ассамблею Бога, Конфедерацию методистской вальденсийкой Церкви, Церкви Иисуса Христа Святых последних дней (мормоны) и другие небольшие протестантские группы.

Иммиграция продолжает добавлять большие группы нехристианских жителей, в основном мусульман, из Северной Африки, Южной Азии, Албании и на Ближнего Востока. По данным независимого исследовательского центра, в 2008 году 1,3 млн. иммигрантов были православные - в основном из Румынии, Украины и России; 1,25 млн. - мусульмане, 140000 - протестанты и 100000 индусы или буддисты.

 Сообщается о более чем 700 местах поклонения для мусульман, (часто официально значащиеся как "культурные центры" и неофициально называемые "гараж"-мечети), которые сосредоточены в регионах Ломбардия, Венето, Лацио, Эмилия-Романья, Тоскана. Еврейская община насчитывает 30000 членов и имеет синагоги в 21 городах.

Источник: Герхард Роббере (сост.)
«Государства и религии в Европейском Союзе
(опыт государственно - конфессиональных отношений)»
Москва 2009

II. Историческое происхождение

Объединение Италии (1860-1870) вызвало серьезный кризис в отношениях между Католической церковью и новым государством. Либеральные правительства Кавура и его преемников начали процесс секуляризации учреждений и общественной жизни. Этот процесс выражался в введении обязательного гражданского брака (1865), запрете католического религиозного образования в государственных школах (1877), реформе уголовных законов, защищающих религию (1890). Подобные изменения наталкивались на сопротивление церковной иерархии, которая была, кроме того, озабочена мерами, имеющими целью ослабить экономическую власть церкви, особенно путем упразднения определенных церковных организаций и конфискации их собственности в 1866 и 1867 гг. Тот факт, что объединение Италии было достигнуто посредством разрушения светской власти папства посредством, захвата Рима в сентябре 1870 г. усилил враждебность многих католиков по отношению к Королевству Италии, которое обвинялось в попытке отобрать у папы и церкви их собственность. В целом умеренная политика итальянского правительства, особенно после опубликования Закона о гарантиях в 1871 г., постепенно снижала напряжение в церковно-государственных отношениях, которые были в дальнейшем улучшены более гибким подходом папы Льва XIII (1878-1903) и Джованни Джиолити, руководившим итальянской политикой в первые пятнадцать лет XX в. Однако начало Первой мировой войны помешало восстановлению дружественных отношений с конкретными результатами. Вслед за войной фашистская партия, которая была у власти с 1922 г. до конца Второй мировой войны, инициировала политику примирения с Католической церковью, кульминацией чего было подписание Латеранских договоров в 1929 г. Они разрешили «Римский вопрос» (конфликт между папой и итальянским государством о суверенитете Рима) путем создания Государства Ватикан. Договоры также возродили некоторые церковные привилегии - в брачных и экономических вопросах и в области религиозного образования в государственных школах - которые были утрачены во время либерального периода.

Республиканская конституция 1948 г. сформировала основу для ревизии тех положений Латеранского конкордата, которые были малосовместимы с конституционными принципами свободы и равенства в религиозных вопросах. Однако по ряду национальных и международных причин реформы итальянского церковного права не могли быть инициированы до 1980-х гг. - до тех пор, пока процесс секуляризации глубоко не изменил итальянское общество (самым важным результатом этого процесса в области законодательства было введение разводов в 1970 г. и легализация абортов в 1978 г.).

III. Правовые источники

Фундаментальные положения итальянского церковного права содержатся в Конституции и имеют целью, с одной стороны, гарантировать свободу и равенство индивида в религиозных вопросах, а с другой - гарантировать систему сотрудничества между государством и религиозными деноминациями.

Ст. 19 Конституции декларирует что «каждый человек имеет право свободно исповедовать свои религиозные верования в любой возможной форме, индивидуально или совместно с другими, пропагандировать их и совершать богослужения в частном порядке или публично, за исключением обрядов, противных добрым нравам». Ст. 3 (1) подтверждает, «что все граждане имеют одинаковое общественное достоинство и равны перед законом без различия пола, расы, языка, религии, политических убеждений, личного и общественного положения».

Как уже было указано, итальянская система церковного права состоит из двух частей. С одной стороны она имеет целью гарантировать каждому (включая неграждан) религиозную свободу и равенство. Доминирующая интерпретация термина «религия» распространяет гарантии, предусмотренные стт. 3 и 19 на исповедание атеистических или агностических верований. С точки зрения личных прав на религиозную свободу и равенство итальянский правовой порядок соответствует основным положениям международного права в этой сфере и принципам, содержащимся в конституциях других западных стран.

Введение специальных правил, позволяющих отказываться от военной службы (1972) и (это касается медицинских работников) от участия в производстве абортов (1978), способствовали разрешению некоторых важных проблем религиозной свободы. Другие проблемы, однако, остаются нерешенными. Основные проблемы вызваны деятельностью религиозных групп, которые возникли в Италии сравнительно недавно. Некоторые дела, связаны с отказом от медицинского лечения (доминирующий подход в юриспруденции признает возможность отказа от любого медицинского лечения, которое по закону не является обязательным до тех пор пока отказ, напр., от переливания крови, не подвергает опасности жизнь другого лица) или с отказом от работы по религиозным праздникам (это право предоставляется только последователям деноминаций, которые заключили соглашение с итальянским государством; остальные, включая мусульман, не пользуются таким правом).

В дополнение к этим положениям, затрагивающим личные свободы, существуют некоторые положения, касающиеся правового статуса деноминаций. Ст. 8 (1) утверждает, что «все религиозные исповедания в равной мере свободны перед законом». Далее статья содержит положения, затрагивающие религиозные меньшинства: «Некатолические деноминации имеют право создавать свои организации согласно своим уставам в той мере, в какой это не противоречит итальянскому правовому порядку. Их отношения с государством определяются законом на основе соглашений с органами, представляющими эти деноминации». Специальное регулирование, однако, применяется к Католической церкви в соответствии со ст. 7: «Государство и Католическая церковь независимы и суверенны в своих сферах деятельности. Их отношения регулируются Латеранскими соглашениями. Изменения этих соглашений, принятые обеими сторонами, не требуют какой-либо процедуры по пересмотру Конституции». Наконец, ст. 20, адресованная всем деноминациям, устанавливает, что «церковный характер и религиозные или богослужебные цели общества или учреждения не могут быть поводом для специальных законодательных ограничений или специальных фискальных мер в отношении образования этих обществ и учреждений, их юридической правоспособности и любой формы деятельности».

В соответствии со ст. 7, между государством и Католической церковью в 1984 г. было заключено Соглашение Вилла Мадама (Villa Madama), заменившее Латеранский конкордат 1929 г. За этим Соглашением последовала серия специальных соглашений, наиболее важные из которых касались регулирования деятельности церковных организаций и собственности (1984), католического религиозного образования в государственных школах (1985), защиты культурного и религиозного наследия (1996) и пастырского попечительства в полицейских органах (1999). В соответствии со ст. 8 (3) были заключены соглашения (intese) между итальянским государством и вальденсами (Tavola Valdese) (1984), церквами адвентистов Седьмого Дня (1986), пятидесятнической церковью «Ассамблея Божия» (1986), Союзом иудейских общин (1987), Союзом евангелических христиан-баптистов (1993) и с Лютеранской церковью (1996). Два последующих соглашения с конгрегацией Свидетелей Иеговы и Буддистским союзом были подписаны в 2000 г., но до сих пор не одобрены Парламентом.

Деятельность остальных деноминаций по-прежнему регулируется Законом № 1159 от 24 июня 1929 г. Этот закон по историческим причинам содержит несколько положений, которые не соответствуют принципам Конституции. Однако предложение изменить его, одобренное Советом Министров в 1990 г., до сих пор не представлено в Парламент для одобрения.

Дискуссия становится сложнее, когда мы переходим от прав индивидов к юридической классификации церквей. В этой области система конкордатов и соглашений предусматривает элементы дифференциации деноминаций. Они не исключаются ст. 8 (1), в которой говорится о «равной свободе», а не о равенстве. В некоторых случаях эти элементы могут оказывать влияние на правовой статус индивидов; примеры можно найти в последующих разделах данной главы, в которых говорится о финансировании деноминаций и религиозном образовании в государственных школах. По этой причине, корректное соотношения между свободой (то есть возможностью специального регулирования для каждой деноминации) и равенством (то есть необходимостью общего набора прав и обязанностей всех) являются центральной проблемой итальянского церковного права на нынешней стадии развития.

Итальянское церковное право представляет собой трехъярусную систему. Наиболее заметна позиция Католической церкви, которая в силу числа своих последователей и особой значимости в итальянской истории, обладает привилегированным положением, охраняемым соглашением Вилла Мадама и другими многочисленными положениями. Промежуточное положение занимают те деноминации, которые заключили соглашения с государством. Сюда относятся те, которые существует в Италии уже долгое время (вальденсы, иудеи и протестанты), или недавние группы, которые, однако, не имеют черт, несовместимых с итальянским законодательством. Отдельными соглашениями им гарантировано эквивалентное, если не равное, положение с Католической церковью. На нижнем ярусе находятся деноминации (некоторые из них со значительным числом последователей, такие как, мусульмане), которые сравнительно недавно появились в Италии и характеризуются таким учением и практикой, которые, согласно доминирующей интерпретации, более или менее открыто конфликтуют с общественным порядком. Сюда также относятся в высшей степени противоречивые «новые религиозные движения», такие, как Христианская наука. Деятельность этих групп регулируется законом № 1159 1929 г. и/или общими законами об ассоциациях, и они лишены некоторых важных привилегий (напр., по вопросам финансирования, религиозного образования и пастырского служения), которые в настоящее время предоставляются только на основе конкордата или соглашения.

Грубо говоря, эта трехъярусная система восходит к итальянской истории и культуре: однако это не означает, что ее не следует исследовать с других точек зрения.

Первый аспект касается границ системы договоров и соглашений, распространенной на те вопросы, которые могли бы находиться в сфере государственного права и давать более удовлетворительные результаты в отношении равенства. Напр., в сфере финансирования деноминаций, действующая система исключает мусульман и Свидетелей Иеговы (являющихся в численном отношении второй и третьей крупнейшими религиозными общинами в Италии), которые без соглашения не могут участвовать в распределении 0,8% налога на физических лиц и не могут вычитать суммы, пожертвованные их религиозным общинам, из своих налогооблагаемых доходов. Открывая эти каналы финансирования всем деноминациям признанным итальянским законом, государство проявило бы больше уважения к «равной свободе», гарантированной ст. 8 Конституции.

Такая же критика применима и к другим сферам итальянского церковного права. Нет общего закона, применимого ко всем религиозным общинам, которые затрагивал бы проблемы, подлежащие единообразному решению (помимо финансирования, это пастырское попечительство в государственных учреждениях, доступ в школы и т.д.). При наличии такого закона, можно было бы в договорах и соглашениях оставить регулирование (в разных формах) только вопросов специального интереса отдельных деноминаций. Сюда относятся, напр., отказ от переливания крови у Свидетелей Иеговы, ритуальные убийства животных у иудеев, отдых в субботу у адвентистов и иудеев.

Другой аспект итальянского церковного права, являющийся предметом критики, касается чрезмерного усмотрения властей при решении вопроса о том, принять или отвергнуть предложение деноминации вступить в переговоры для заключения соглашения. Определенная гибкость в обращении с заявлениями - и особенно их содержанием - представляется разумной. В то же время принятие государственными органами решений, не опирающихся на объективные критерии (число последователей, время их пребывания в Италии или в других странах, вид организации), способствует злоупотреблениям.

IV. Правовой статус религиозных общин

Следует изначально подчеркнуть, что любая группа с религиозными целями может быть организована без необходимости получения разрешения или предварительной регистрации и действовать в рамках итальянской правовой системы. Ограничения могут быть установлены только по соображениям общественного порядка и благопристойности. Для этих целей деноминации (или, точнее, их юридические лица) могут выбирать между различными типами правового положения, предусмотренными итальянским законом.

Прежде всего, они могут возникать себя как непризнанные ассоциации в соответствии со стт. 36-38 Гражданского кодекса. Это наиболее простая модель, которая также используется политическими партиями и профессиональными союзами. В этом случае деноминация свободно приобретает правоспособность (включая независимость в имущественных вопросах, возможность получать пожертвования, осуществлять юридические действия и т.д.), а ее учредительный документ или устав не является объектом государственного контроля. Более точные и обязующие нормы применяются к признанным ассоциациям в соответствии со стт. 14-35 Гражданского кодекса и предписанием от 10 февраля 2000 г., № 361. Они получают юридическое лицо посредством регистрации в префектуре, подтверждая, что они выполняют социально полезные функции и имеют достаточные экономические средства.

Гражданская правоспособность может быть также получена в соответствии со ст. 16 Общих положений закона, которая предоставляет иностранным юридическим лицам права итальянских юридических лиц на условиях взаимности и, кроме того, в соответствии со ст. 2 Договора о дружбе, коммерции и торговом флоте, заключенного с Соединенными Штатами Америки в 1948 г. Около тридцати деноминаций (или юридических лиц деноминаций), получили подобным образом правоспособность с привлекательной возможностью получения налоговых льгот для своих структур. Впоследствии возникли некоторые вариации в интерпретации положений закона, что привело к утрате этих льгот. Сейчас таким лицам предоставлен статус схожий со статусом признанных ассоциаций.

До сих пор в настоящей главе рассматривалась только возможность приобретения правоспособности в формах, предусмотренных общим законодательством для всех групп, независимо от их религиозных или иных целей. Религиозные группы, однако, имеют дополнительную возможность, которую используют наиболее значительные религиозные меньшинства (в частности, мусульмане, мормоны и Свидетели Иеговы): это - получение правоспособности для своих организаций на основе закона, предназначенного специально для групп с религиозными целями. Речь идет о Законе № 1159 1929 г., который регулирует вопросы религий, зарегистрированных в Италии. Этот закон, устанавливая такое же отношение к религиозным целям, как и к целям социального обеспечения и образования, предоставляет важные налоговые привилегии, распространяя, таким образом, на учредителя преимущества, установленные для ассоциаций. С другой стороны, этот закон подчиняет группы с религиозными целями государственному контролю и предоставляет государственным властям право заменить административные органы ассоциации государственным чиновником и аннулировать их решения. Несмотря на все преимущества и неудобства, вытекающие из этого положения, признание правоспособности в соответствии с Законом № 1159 1929 г. имеет огромное значение, поскольку подтверждает религиозную природу признанной группы. Так возникают основные предпосылки (если не по закону, то по факту) для подачи заявления на заключение соглашения с итальянским государством в соответствии со ст. 8 (3).

Шесть деноминаций, которые подписали соглашение с итальянским государством, больше не подпадают под действие Закона № 1159 1929 г., который был заменен в данном случае гораздо более благоприятными положениями, содержащимися в отдельных соглашениях. Однако правоспособность, приобретенная шестью деноминациями на основе этого закона, сохраняется за ними. С другой стороны, иудейские общины и их Союз никогда не были субъектами указанного выше закона. Они получили юридическое лицо на основании специально подготовленного для них Закона № 1731 1930 г., который в деталях регулирует их деятельность. Закон был отменен, когда были подписаны соглашения, но общины и их Союз сохранили правоспособность, предоставленную на основе этого закона. Аналогичные положения применяются к вальденсам и консисториям церквей в Вальденских долинах, которые - даже после заключения соглашений - сохранили правоспособность, приобретенную не на основе правовых положений, а на основании «длительного обладания статусом». Это означает, что они имели правоспособность еще до образования итальянского государства.

Специальный комментарий должен быть сделан в отношении Католической церкви, которая имеет статус субъекта публичного права, даже если нет оснований для сравнения ее с органами, являющимися частью государственной организации. Во всяком случае ее можно сравнить с иностранными государствами, которые также являются субъектами итальянского публичного права.

Как уже было сказано, только органы деноминаций могут приобретать правоспособность, в соответствии с Законом № 1159 1929 г., и только деноминации могут (в соответствии со ст. 8 Конституции) заключать соглашения с государством. Таким образом, существует проблема определения термина «деноминация», которая недавно приобрела значение в Италии в связи с распространением «новых религиозных движений». Поскольку отсутствует уставное определение, некоторые комментаторы считают, что государство не способно и некомпетентно определять, что считать деноминацией. Из этого заключения следует, что вопрос, видимо, зависит от самооценки последователей тех групп, которые имеют целью признание себя в качестве деноминации. Если последователи считают, что они создают деноминацию, то государственные органы обязаны принять эту оценку. Некоторые недавние решения Конституционного суда (особенно, решение № 467 в ноябре 1992 г.) идут в другом направлении, утверждая, что термин «деноминация» должен иметь объективную, а не субъективную основу. С этой точки зрения, другая группа авторов попыталась определить характерные черты, которые должны быть обнаружены в каждой группе, желающей быть признанной как деноминация. К таким чертам относятся: вера в трансцендентную сущность (не обязательно в Бога), которая способна дать ответы на фундаментальные вопросы, относящиеся к существованию человека и вещей, снабдить человека нравственным кодексом и создать экзистенциональную взаимозависимость верующих, проявляющуюся, в частности, в виде богослужений, а также существование хотя бы минимальной организационной структуры.

Кроме трех Авраамовых религий, многие религии восточного происхождения подходят под эту парадигму, в то время как парапсихологические, спиритуалистические и оккультные группы будут исключены. Некоторые из «новых религиозных движений», такие как, Христианская наука представляют собой пограничные случаи, о чем свидетельствуют противоречивые решения судов по этому вопросу.

V. Право на самоопределение

Так же как ст. 7(1) Конституции, в которой признается суверенитет и независимость Католической церкви в ее собственной сфере, ст. 8 (2), предоставляющая всем остальным деноминациям право организовываться в соответствии со своими уставами в той степени, в какой они не противоречат итальянскому праву, гарантирует деноминациям высокую степень внутренней автономии. Они могут свободно организовываться таким способом, который они признают благоприятным для себя и защищены от любых притязаний со стороны государственной юрисдикции.

Но в еще большей степени, чем в только что процитированных положениях, автономия религиозных деноминаций гарантирована заключительными разделами стт. 7 и 8. Они устанавливают, что государство может иметь дело с юридическими лицами деноминаций только путем соглашений, то есть в соответствии с условиями, по которым достигнуто понимание с государством. В двух разделах также говорится о том, что с момента достижения договоренности (соглашение или конкордат) любые поправки могут быть сделаны только на основе договоренности между государством и деноминацией. Поправки не могут быть сделаны по односторонней инициативе государства, исключая, конечно, возможное внесение изменений в стт. 7 и 8 с помощью процедуры конституционных поправок. В этом смысле Католическая церковь и 6 деноминаций, которые достигли соглашения с государством, имеют гарантию того, что их нынешний правовой статус не будет изменен к худшему против их воли. Этот дополнительный фактор отличает эти деноминации от тех, которые лишены подобной гарантии.

Наконец, следует отметить, что в отличие от других стран, учреждения (больницы, школы и т.д.), зависящие от Католической церкви и других деноминаций, не имеют специальной автономии; некоторые исключения из этого правила будут представлены ниже в разделе VI.

VI. Церкви и культура

В Италии нет теологических факультетов в государственных университетах. Нет особых проблем и в отношении права деноминаций создавать школы или другие образовательные учреждения различных уровней и типов: такое право предоставляется любым частным лицам согласно ст. 33 Конституции. И положения Соглашения Вилла Мадама, и соглашения с другими деноминациями просто повторяют это правило. Длительное время частные школы (включая школы религиозных деноминаций) не получали финансовой поддержки со стороны государства, но в 2000 г. новый закон установил, что семьи, направляющие своих детей в частные школы, признаваемые государством, имеют право на частичное возмещение своих расходов.

В сфере образования, дискуссия сконцентрирована в основном на вопросе религиозного образования в государственных школах. По этому вопросу существует четкое различие между положениями, применяемыми к Католической церкви, и теми, что применяются к другим деноминациям. Соглашение Вилла Мадама оговаривает, что в детских садах и начальной школе религиозное образование составляет два часа в неделю, а в старших классах - один час в неделю; никакое религиозное образование не предоставляется в университетах. Государство несет полную финансовую ответственность за католическое религиозное образование.

Каждый год при наборе учеников или при окончании средней школы, которая обычно завершается в 13 лет, родители должны заявить, намереваются ли ученики принимать участие в уроках католического образования. Если они отказываются, ученики могут изучать другие предметах в это время или могут покинуть школьный участок. Это право гарантировано ученикам решением № 13 Конституционного суда в 1991 г. после долгого конфликта.

Для религиозного образования учителей выбирает правящий епископ из списка лиц, имеющих соответствующие сертификаты, подтверждающие их квалификацию в теологии и церковных дисциплинах и успешно сдавших экзамены. Кроме того, эти лица должны быть признаны церковными властями в лице правящего епископа, который предоставляет письменное подтверждение, свидетельствующее о том, что они подходят для того, чтобы преподавать религиозные предметы. Если это подтверждение отозвано, лицо должно прекратить преподавать католическую религию и ему будет поручено преподавание других предметов (если оно обладает квалификацией для такого преподавания) или ему будет предложена другая работа.

Программа для католического религиозного образования устанавливается соглашением между Министерством общественного образования и председателем итальянской Епископской конференции для каждого типа школ. Учебники должны быть снабжены nihil obstat Епископской конференции и епископа той епархии, в которой расположена школа, где будут использоваться учебники.

Шесть деноминаций, которые имеют соглашение с итальянским государством, могут направлять своих учителей в государственные школы, если ученики, их родители или школьная администрация обратились с просьбой о предоставлении уроков определенной религии (напр., иудаизма) или уроков по изучению «феномена религии и ее последствий» в целом (как говорится об этом в ст. 10 Соглашения с вальденсами). Организация этих уроков производится по соглашению компетентных школьных властей и представителей деноминаций, в то время как финансовое бремя возлагается на деноминацию. Деноминации, которые не заключили соглашения, не имеют права направлять своих представителей в государственные школы.

Соглашения между деноминациями некоторых религиозных меньшинств и итальянским государством также содержат важные положения, исключающие формы «разбросанного» религиозного обучения под прикрытием других предметов и запрещающие принуждение учеников к участию в религиозных действиях и церемониях. Это привело к проблемам совместимости некоторой традиционно широко распространенной практики в государственных школах с положениями соглашений. Речь идет, напр., о благословении школьных комнат (которое осуществляет раз в году член католического духовенства), об участии учеников в религиозных церемониях во время школьных часов (обычно мессы, совершаемые по католическим обрядам) и о встречах учеников с епископом по случаю пастырского визита. Декрет министра общественного образования (1992), предоставляющий право коллегиальным органам школы решать такие вопросы, установил, что участие учеников является добровольным, но суды впоследствии вновь подтвердили, что подобная деятельность является незаконной.

Регулирование религиозной деятельности, содержащееся в Соглашении Вилла Мадама и других соглашениях, стало причиной многочисленных конфликтов. Однако после вмешательства Конституционного суда система, кажется, приобретает устойчивость. Сомнения остаются в отношении некоторых черт новых правовых положений: обязанность учеников объявлять, хотят ли они принимать участие в католическом религиозном образовании (ссылаясь на защиту конфиденциальности по отношению к избранной деноминации); тот факт, что государство обременено финансовыми затратами в связи с католическим религиозным образованием, но не с образованием других деноминаций (в некоторых случаях конфессии сами отказываются от возможной государственной поддержки) и ограничение числа религиозных уроков, установленное в ответ на просьбы учеников деноминаций, которые заключили соглашение. Эти проблемы религиозного образования (некоторые из них уже обсуждалась выше) представляют собой, тем не менее, общие проблемы, которые реально зависят от фундаментальных решений, являющихся основой всех реформ итальянского церковного права. Они обнаруживаются во всех частях системы, хотя и в разных формах. В заключение следует отметить, что специальные положения Соглашения Вилла Мадама (ст. 10, которая встречается и в соглашениях с некоторыми другими деноминациями) утверждают, что семинарии и церковные образовательные учреждения свободны от любого государственного вмешательства и находятся исключительно под управлением церкви. Эта же статья указывает, что назначение профессоров в Католическом университете Пресвятого Сердца должно быть согласовано с церковными властями в той мере, в какой это затрагивает религиозные аспекты.

VII. Трудовое право внутри церквей

В соответствии с общими правилами трудового законодательства, религиозные верования индивида не могут становиться поводом для какой-либо дискриминации. Это означает, что они безотносительны к найму на работу, вынесению предупреждений, профессиональному развитию и т.д. Отдельные исключения из этого правила возникают тогда, когда работа происходит в организациях с очевидным религиозным характером (напр., больница или школа, управляемая монашеским орденом). Они являются организациями так называемой специальной направленности, так же как политические партии, профессиональные союзы и т.д. и, таким образом, подчиняются специальным правилам. Цель в данном случае - гарантировать уважение всеми работниками религиозных целей организации. В частности, религиозные организации могут отказать в работе лицу по религиозным основаниям и вынести предупреждение работнику, который исповедует идеологию или ведет себя таким образом, что это противоречит религиозной ориентации организации. Примером может быть учитель в католической школе, выражающий сомнение в фундаментальных принципах католического учения или заключивший гражданский брак. Такое решение было недавно подтверждено декретом от 9 июля 2003 г., № 216 в целях претворения в жизнь Директивы Европейского Союза 2000/78/СЕ в Италии.

Отдельные проблемы возникают в том случае, когда члены монашеских орденов работают и в орденах и вне орденов на основе контрактов заключенных между монашеским орденом и другим юридическим лицом, напр., в больнице, где члены ордена выполняют функции медсестер без получения вознаграждения. В таком случае деятельность членов часто не считается их профессиональной деятельностью, поскольку это евангелизация, осуществляемая ради религии (religionis causa). Поэтому члены ордена не пользуются обычными правами найма, присущими работникам (выплата заработной платы, выходного пособия, взносов на социальное обеспечение), даже если они покинули орден.

VIII. Финансирование церквей

Соглашение Вилла Мадама 1984 г., которое также пользуется новыми возможностями, предоставленными Кодексом канонического права, в корне изменило систему государственного финансирования Католической церкви. На протяжении веков средства для жизни священников обеспечивались с помощью бенефиция (объем имущества, выделяемого духовному лицу в связи с его должностью).

Подобная система обеспечивала определенную степень самостоятельности, поскольку каждый священник мог сам управлять оборотом своего бенефиция. Однако это вызвало большое неравенство между держателями богатых и бедных бенефициев. Если доходы от бенефициев были слишком малы, государство добавляло денежную сумму, называемую «добавление соответствия» (supplemento di congrua), что обеспечивало адекватное существование с помощью добавки к доходам бенефиция. Поскольку эти деньги были частью общего государственного бюджета, состоящего из налогов, оплачиваемых всеми гражданами, это означало, что все граждане автоматически перечисляют средства католическому духовенству, если даже они не раскрывают свои религиозные убеждения или принадлежат к другой религии.

Соглашение о церковных организациях и имуществе, достигнутое между итальянским государством и Католической церковью в 1984 г., вступило в силу на основании Закона № 222 от 20 мая 1985 г. Бенефиции были упразднены и их собственность была передана новым структурам - епархиальным учреждениям для поддержки духовенства. Это было сделано для обеспечения финансовой поддержки священников в каждой епархии. Впоследствии было создано центральное учреждение для поддержки духовенства, которое добавляет финансовые ресурсы тем епархиальным учреждениям, которые не могут справляться со своими задачами собственными силами. В результате этой реформы католическое духовенство стало получать жалование, что соответствует модели Англиканской церкви. Все это должно обеспечить уравнение всех священников, даже с риском ограничения их экономической свободы. Упразднение бенефициев привело к отмене выплаты «добавления соответствия» государством. Взамен было установлено две системы финансирования в пользу не только Католической церкви, но и других конфессий, подписавших соглашения. Во-первых, это 0,8% дохода от подоходного налога, который уплачивается ежегодно всеми итальянцами, подлежащими налогообложению, если они зарабатывают больше, чем определенный минимальный доход. В налоговой декларации лицо, подлежащее налогообложению, может указать, кто должен получить эту часть налога:

А) итальянское государство для пострадавших от голода и стихийных бедствий во всем мире, для помощи беженцам, сохранения культурных памятников.

B) Католическая церковь для богослужных нужд населения, поддержки духовенства, благотворительных мероприятий в пользу общенационального сообщества или стран Третьего мира.

С) Одна из деноминаций, подписавших соглашение с итальянским государством; это заявление предполагает специальные условия, изложенные ниже.

Сумма в 0,8% распределяется на основе заявлений лиц, подлежащих налогообложению. Процент, который равен числу лиц, не указавших свое предпочтение, распределяется среди различных получателей пропорционально выбору, сделанному остальным населением, подлежащим налогообложению.

Доступные сегодня (на 1997 г.) данные указывают на следующее распределение: 40% налогоплательщиков сделали выбор и 81% из них (это примерно 32% всех лиц, подлежащих налогообложению) сделали этот выбор в пользу Католической церкви, тогда как 15% предпочли итальянское государство, а остальные 4% разделились между адвентистами Седьмого Дня, Ассамблеей Божией (пятидесятники), вальденсами, лютеранами и Союзом иудейских общин. Из сумм, предназначенных для итальянской Епископской конференции, 35% были использованы на поддержку духовенства, около 20% - на благотворительность, а остальное (около 45%) - на богослужебные цели в интересах населения.

Второй тип финансирования, созданный также по соглашению для членов Католической церкви и других деноминаций, заключается в возможности изъятия пожертвований из налогооблагаемых доходов на сумму до 1.032.91 евро в пользу Центрального института поддержки духовенства или подобных учреждений других деноминаций.

Как уже указывалось, эти два канала финансирования доступны шести деноминациям, подписавшим соглашение с итальянским государством. Однако следует отметить определенные особенности. Союз евангелических христиан-баптистов отказался принимать участие в распределении 0,8% подоходного налога; вальденсы и пятидесятники отказались от своего права на часть от 0,8% подоходного налога, эквивалентную отчислениям лиц, чей «выбор не выражен», и вместе с адвентистами решили использовать эти доходы на общественные и гуманитарные цели. Они считают, что финансирование церкви и поддержка духовенства должна осуществляться только за счет пожертвований своих членов.

В различных других правовых положениях имеются дополнительные формы прямого или косвенного финансирования деноминаций. Это, напр., региональные законы, распределяющие земельные участки для строительства церковных зданий и Закон № 390 1986 г., который способствует аренде государственной недвижимости церковными структурами с минимальной платой. В обоих случаях не определено, применяются ли эти положения только к Католической церкви и деноминациям, имеющим соглашения с государством, или ко всем деноминациям.

Нет сомнения в том, что нынешняя система финансирования, придерживающаяся испанской модели, является шагом вперед по сравнению с ситуацией в Италии до 1984 г. Она в определенных отношениях предпочтительнее по сравнению с системами других европейских стран, характеризующимися негибкими механизмами, которые иногда вступают в конфликт с фундаментальными правами в области религиозной свободы. Однако кроме распределения части подоходного налога, выплачиваемого лицами, которые не заявили о своем предпочтении, существуют определенные фундаментальные особенности нынешних положений, которые могут представлять проблемы. В частности, предварительным условием доступа к двум основным каналам финансирования (0,8% подоходного налога или пожертвования, вычитаемые из налогооблагаемого дохода) является заключение конкордата или соглашения с итальянским государством. Это означает, что многие деноминации исключены из всех форм государственного финансирования, потому, что они не хотят или не могут заключить такое соглашение или потому, что их заявление было отклонено государством, которое в соответствии с новейшим пониманием этого вопроса обладает значительной свободой в принятия решения.

В сфере налогообложения деноминации обладают многочисленными привилегиями. Поскольку правовое положение чрезвычайно фрагментарно, здесь имеет смысл упомянуть только основные принципы системы. Правовой основой, как уже было указано, является одинаковое отношение к религиозным и богослужебным целям церковных организаций наравне с целями благотворительности и образования. Это одинаковое отношение обеспечено для организаций Католической церкви статьей 7 (3) Соглашения Вилла Мадама, а для других деноминаций - статьей 12 Королевского декрета от 28 февраля 1930 г., который был принят для претворения в жизнь Закона № 1159 1929 г. Схожие положения содержатся в текстах соглашений между государством и некоторыми деноминациями. В силу одинакового отношения церковные организации обладают многочисленными льготами, напр., скидкой в 50% по корпоративному налогу и освобождением от налога на имущество и пожертвования. Другие освобождения касаются налога на добавленную стоимость, местного земельного налога и других косвенных налогов.

В заключение следует отметить, что недвижимость Святого Престола, расположенная на итальянской территории (стт. 13 и 14 Латеранского договора), как и другая недвижимость, упомянутая в стт. 13 и 14 этого договора, освобождена от любых налогов и сборов, собираемых государством или иными организациями.

IX. Духовное попечительство в государственных учреждениях

Ст. 11 Соглашения Вилла Мадама гласит, что пастырское попечение о солдатах, заключенных и пациентах в больницах и домах престарелых находится в сфере ответственности католического духовенства, назначаемого компетентными государственными властями по рекомендации церковных властей. Детали их правового статуса и правил пастырского попечительства должны быть изложены в специальных соглашениях, из которых до сих пор составлено только соглашение, касающееся полиции.

В армии пастырское попечительство осуществляется военными капелланами, которые назначаются декретом Президента Республики по рекомендации епископа Вооруженных Сил. Военные капелланы являются постоянными государственными служащими и получают жалование от государства. Они имеют офицерские звания и интегрированы в военную иерархию.

В тюрьмах также есть капелланы, но они не считаются регулярными государственными служащими, даже если они получают жалование от государства. Они служат на основе бессрочного назначения Министерством юстиции после получения nihil obstat от правящего епископа. Назначение становится недействительным, если nihil obstat отозвано по причине очевидной несовместимости капеллана и тюремного сообщества, в котором он служит. В больницах пастырское попечительство - это обязанность духовенства, которое включено в бюджетный план местных медицинских служб или работает на основе контракта с медицинской администрацией, которая несет ответственность за выплату жалования привлеченному духовенству и за обеспечение необходимых условий для пастырского служения. Такое духовенство назначается правящим епископом.

Соглашения, заключенные с деноминациями религиозных меньшинств, предусматривают, что их священнослужители имеют право доступа в тюрьмы без получения специального разрешения, а в больницы - без ограничений по времени, с тем, чтобы они могли осуществлять пастырское попечительство в основном (но не исключительно) по просьбе заключенных или пациентов. Солдаты, принадлежащие к этим деноминациям, имеют право принимать участие в религиозной деятельности, которую их духовенство организует в местах расположения подразделения или поблизости. Если места для такой деятельности находятся слишком далеко, солдаты могут принимать участие в специально организованных молитвенных встречах в помещениях, предоставляемых военным командованием. Это пастырское служение оплачивается деноминацией.

Священнослужители других деноминаций, не заключивших соглашения с государством, имеют доступ к тюрьмам и больницам для духовного попечения о тех, кто об этом просит: это право основано на стт. 5 и 6 Королевского декрета (февраль 1930 г.) для деноминаций, признанных в соответствии с Законом № 1159 1929 г. и на основных юридических положениях для других деноминаций. Они также имеют доступ в казармы для пастырского попечения о больных солдатах по их желанию.

Не предусмотрено форм пастырского попечительства в школах (однако здесь есть религиозные занятия, см. выше раздел V).

X. Правовой статус духовенства и членов монашеских орденов

В итальянском законодательстве не существует определения понятия «священник» или «служитель». Следовательно, понимание должно опираться на исследование юридической структуры различных конфессий. Термин представляется достаточно ясным в каноническом праве, в соответствии с которым духовенство - это лица, посвященные в духовный сан в одной из трех степеней: дьякона, священника, епископа. Сложнее понять этот термин, когда речь идет о некоторых деноминациях религиозных меньшинств и, особенно, о так называемых «новых религиозных движениях»: в этих случаях не всегда ясно, к кому применим этот термин.

Духовенство обладает специальным правовым статусом в итальянском законодательстве. Частично этот статус говорит о привилегированном отношении: в некоторых случаях священнослужители могут наследовать по завещанию; преступления, совершенные против них, рассматриваются как совершенные при отягчающих обстоятельствах и т.д. Однако чаще встречаются примеры неправоспособности, такие, как невозможность занимать некоторые определенные должности (например, мэра, но не члена Парламента), несовместимость с отдельными профессиями (нотариус, юрист, сборщик налогов) и невозможность выполнения некоторых правовых функций (напр., быть присяжным в суде). Часть этих правил, восходящих к прошлым временам, когда священники могли легко влиять на общественное мнение, кажутся устаревшими сейчас, когда процесс секуляризации трансформировал общество.

Кроме только что указанных положений общего характера, Соглашение Вилла Мадама и соглашения с другими деноминациями также содержат правила, регулирующие статус духовенства.

Эти правила связаны, прежде всего, с освобождением от воинской службы, но сейчас этот вопрос потерял то значение, какое он имел в прошлом, поскольку обязательная военная служба была отменена в Италии в 2004 г. Другие вопросы, урегулированные соглашением (и частично общими положениями законодательства) касаются обязательства хранить тайну. Ст. 4 Соглашения Вилла Мадама предусматривает, что духовенство не обязано предоставлять судьям или другим органам информацию о лицах и событиях, полученную во время исполнения своих обязанностей. Схожие положения имеются в соглашениях с Союзом иудейских общин и Лютеранской церковью, но не в других соглашениях. Однако в данном случае нет существенной дискриминации, поскольку положения Уголовно-процессуального и Гражданского кодексов позволяют всем священнослужителям хранить служебные тайны в судебных процессах.

XI. Брачное и семейное право

В соответствии с Гражданским кодексом 1865 г., в Италии был установлен обязательный гражданский брак как единственная форма брака, признаваемая государством. Реформа подверглась сильной критике со стороны церкви, которая никогда не соглашалась с тем, что религиозный брак потерял свое значение в государственном праве. По этой причине, регулирование брака было особенно важным в переговорах, приведших к заключению Латеранского конкордата. Ст. 34 возродила гражданскую действительность браков in facie Ecclesiae: предусматривалось, что церковные браки могут быть зарегистрированы в регистрах рождений, браков и смертей, хранящихся в каждом итальянском муниципалитете, и, таким образом, стать действительными по государственному праву. Дополнительно было установлено, что церковные (негосударственные) суды компетентны аннулировать и расторгать зарегистрированные церковные браки (так называемые «конкордатные» браки) и что решения этих судов, принятые на основе канонического права, получают силу гражданского закона путем (лаконичного) решения в рамках процедуры признания в итальянских аппеляционных судах. Конечно, итальянские граждане могли выбрать гражданский брак, который полностью регулировался государственным правом и находился в юрисдикции государственных судов. Что касается последователей некатолических деноминаций, то, согласно Закону № 1159 1929 г. браки могли заключать священнослужители их деноминаций, в то время как (в отличии от конкордатных браков) регулирование этих браков и признание их недействительными находились в компетенции государственного законодательства и судов.

Ст. 34 Конкордата и закон № 847 1929 г., принятый для претворения в жизнь конкордата, вызвали (в том числе по причине юридических недостатков) многочисленные проблемы, которые Соглашение Вилла Мадама попыталось исправить, не подвергая опасности фундаментальные принципы системы, установленной в 1929 г.

Ст. 8 Соглашения признает гражданско-правовую действительность браков, заключенных в соответствии с каноническим правом, и устанавливает, что сертификат, выданный священнослужителем, совершившим бракосочетание, передается в государственный регистр рождений, браков и смертей. Гражданско-правовая действительность начинается с момента заключения брака, если даже передача состоялась позднее. Нельзя регистрировать (и, таким образом, придавать гражданско-правовые последствия церковным бракам) тех лиц, которые не достигли возраста, необходимого для заключения гражданского брака (18 лет или на основании судебного решения 16 лет) или если существует препятствие для заключения брака, которое считается непреодолимым в гражданском праве: дополнительный протокол № 4 к Соглашению Вилла Мадама считает непреодолимыми препятствиями умопомешательство, предыдущий брак, преступление или прямые родственные отношения. Для того чтобы определить возможные препятствия, стороны должны опубликовать свои имена в здании муниципалитета, в соответствии с такими же правилами, которые применяются к гражданским бракам. Так предпринимается попытка предотвратить признание религиозных браков действительными по гражданскому праву путем регистрации, которая не имела бы компетенции церковных судов и дикастериев. Ст. 8 просто объявляет, что церковные решения об аннулировании брака являются действительными в соответствии с перечисленными условиями без отсылки к какой-либо оговорке, касающейся юрисдикции.

Из-за отсутствия отсылок к оговорке, касающейся юрисдикции в пользу церковных судов, некоторые комментаторы аргументируют, что эта оговорка более не существует и что государственные суды вместе с церковными судами компетентны объявлять недействительность конкордатных браков. Это мнение было принято Кассационным судом в феврале 1993 г. и за ним последовало большинство итальянских судов.

Вопросы религиозных браков имели огромное значение в прошлом, но следует признать тот факт, что проблема (вызывающая большой теоретический интерес) сегодня имеет лишь небольшое практическое значение поскольку, начиная с введения разводов в 1970 г., число заявлений о признании действительности решений церковных судов об аннулировании брака снизилось до нескольких сотен в год.

Как уже указывалось, те граждане, которые не хотят заключать браки in facie Ecclesiae, могут заключить гражданский брак или, если они члены других деноминаций (а не Католической церкви) согласиться на заключение брака священнослужителями их собственной деноминации в соответствии с положениями Закона № 1159 1929 г. Этот закон больше не применяется к конфессиям, заключившим соглашения с итальянским государством. Но положения брачного права, содержащиеся в соглашениях (даже если они представляют значительные инновации, такие, как упразднение предварительного государственного разрешения, выдаваемого священнослужителю, совершающему брачную церемонию), не меняют структуры института брака, который остается полностью в пределах гражданского права, даже если он совершается в религиозном контексте.

XII. Уголовное право

Уголовный кодекс содержит положения о наказуемости богохульства (в любой религии), нарушений против места по положениям Гражданского кодекса, с тем чтобы защитить равенсгво граждан в вопросах брака независимо от деноминации, к которой они принадлежат. Эта же статья предусматривает, что аппеляционные суды могут, по обращению сторон, объявить аннулирование брака, сделанное церковными судами и имеющее силу по каноническому праву - действительным по итальянскому праву. Однако апелляционный суд должен установить, что: а) Церковный суд компетентен признавать основания ануллирования; b) во время канонической процедуры права сторон на поддержку и защиту уважались так, что это не отличалось от фундаментальных принципов итальянского права и с) были соблюдены дополнительные условия для признания заграничных решений в Италии.

Из этих условий, перечисленных в ст. 797 Гражданского кодекса, особое значение придается тому, что аннулирование брака церковными судами не может основываться на положениях, находящихся в конфликте с итальянским законодательством. На основе этого положения утверждается, что церковные решения, аннулирующие брак по типично конфессиональным причинам (напр., различие в вероисповедании и обет целомудрия), не могут быть объявлены действительными в итальянском праве, поскольку это приведет к конфликту с принципом религиозной свободы. Конституционный суд также подчеркнул существование подобных конфгактов в церковных решениях, аннулирующих брак в силу обмана одной из сторон: в таком случае можно объявить эти решения действительными по итальянскому праву только с согласия, или, по крайней мере, без возражения стороны, которая была добросовестной или после доказательства, что обман был известен или, по крайней мере, мог быть известен другой стороне во время брака.

Что касается юрисдикции церковных судов, то ст. 8 Соглашения Вилла Мадама изложена двусмысленно - возможно умышленно из-за трудностей преодоления расхождения во мнениях возникающих между сторонами в процессе переговоров. В частности, статья не повторяет точно формулировку ст. 34 Латеранских договоров, утверждающей, что дела, касающиеся аннулирования и расторжения браков, которые были заключены, но не состоялись, остаются в священнослужителей и религиозных предметов, прерывания религиозных церемоний (стт. 724 и 403-406). Подстрекательство к нарушению или дискриминации по религиозным мотивам наказуемо по Закону 654 1975 г. (измененному Законом 205 1993 г.), который придал силу закона в Италии международной Конвенции ООН о ликвидации всех форм расовой дискриминации 1965 г.
Религиозные культы